Antenna Daily продолжает рассказывать про историю дореволюционных петербургских ресторанов. Сегодня о ресторане Доминик — первом кафе-ресторане России.

Прочитать про рестораны Кюба, Вена, Вилла Родэ и Медведь мы уже писали в наших материалах.

В мае 1841 года на Невском проспекте, 24, швейцарский кондитер Доминик Риц-а-Порт открыл «для удовольствия публики высшего класса» первый в России кафе-ресторан. У Доминика можно было сытно поесть, как в трактире, и выпить бокал вина с десертом, как в кондитерских.

Там разрешались горячие блюда, но только «потребные для легких закусок» – пирожки, расстегаи, кулебяки.

Ассортимент сладких блюд и прохладительных напитков не уступал кофейным домам. Дозволялось иметь «все выходящие в свет как российские, так и иностранные газеты», бильярд, домино, шахматы, шашки, а также «прислугу в немецком платье».

Первое в стране кафе (впрочем, чаще его именовали все-таки рестораном) получило название «Доминик»

Первое в стране кафе (впрочем, чаще его именовали все-таки рестораном) получило название «Доминик» – по имени его владельца – и под ним просуществовало вплоть до 1917 года.

Основоположник необычного заведения Риц-а-Порта принадлежал к известной во всей Европе плеяде швейцарских кондитеров. Знали их и в Петербурге. Например, в 1842 году из 105 ремесленников этого цеха четверть составляли уроженцы Швейцарии. Риц-а-Порта родился в городке Шульце (по другим данным, родом из Сарна) и по национальности был ретороманцем – представителем маленькой альпийской народности.

Вслед за «Домиником» в городе появились другие, в частности кафе Излера — зятя Д. РиЦ-а-Порты. Он открыл свое заведение в бельэтаже дома Армянской церкви (сейчас Невский, 32). Как несколько витиевато писала в 1847 году «Иллюстрация», кафе Доминика «по помещению, или по каким другим причинам, не совершенно в той степени, не имеет элегантности», присущей Излеру.

И тем не менее, «первенец» надолго пережил массу других «заведений трактирного промысла». Славе «Доминика» помогало прежде всего умение сменявших поколений семьи Риц-а-Порта сохранять за своим кафе специфику, свойственную только ему.

Ежедневно ресторан посещали до полутора тысяч гостей

Цены в «Доминике» были умеренными, а кухня отборной — чего только стоили знаменитые «кулебяки». Ежедневно ресторан посещали до полутора тысяч гостей.

К концу XIX века «Доминик» занимал уже большую часть площади помещений первого и подвального этажей дома на Невском. Справа от входа размещалась буфетная с шестью окнами на проспект.

На треугольной стойке с большой мраморной доской возвышалась медная водяная баня, работавшая на газе, «для согревания кулебяк, пирожков и до 15 разнообразных блюд» и ледник для холодных закусок.

У другой стены находилась ванна, где постоянно охлаждались два бочонка с пивом. Посетителей буфетной кормили за одним большим и семью маленькими столиками с мраморными столешницами. Слева от входа размещалась столовая, выходившая окнами как на Невский, так и на площадь перед церковью Святого Петра. Горел камин. В соседней комнате стучали бильярдные шары, а за ней располагались любители шахмат…

Официантами служили исключительно татары

Подвальный этаж был отведен для кулинарной и холодной кухонь, пирожного и кондитерского отделений, прачечной, комнаты для прислуги. Штат кафе составлял сорок человек. Официантами служили исключительно татары. Они, кстати, вместе с выходцами из Ярославской губернии, составляли в те годы подавляющее большинство обслуживающего персонала петербургских трактиров и ресторанов.

Здесь можно было поиграть в бильярд, домино, шашки и шахматы. Правда, не без ущерба для кошелька. Так, в 1844 году Федор Достоевский промотал там тысячу рублей, на которую можно было прожить год.


На беду, отправившись ужинать к «Доминику», он с любопытством стал наблюдать за биллиардной игрой. Тут подобрался к нему какой-то господин, обративший его внимание на одного из участвующих в игре — ловкого шулера, которым была подкуплена вся прислуга в ресторане. «Вот, — продолжал незнакомец, — домино так совершенно невинная, честная игра». Кончилось тем, что Федор Михайлович тут же захотел выучиться новой игре, но за урок пришлось заплатить дорого: на это понадобилось целых двадцать пять партий, и последняя сторублевая Федора Михайловича перешла в карман партнера-учителя.

Александр Ризенкампф, «Воспоминания»


У Доминика начинали свою карьеру сильнейшие шахматисты Российской империи Михаил Чигорин, Эммануил Шифферс и Семен Алапин. Завсегдатаи ресторана — Дмитрий Менделеев, Михаил Салтыков-Щедрин, Антон Чехов — называли себя «доминиканцами».


Выпив у И. Грэка стакан крепкого, как деготь, чаю, я пошел с ним гулять на Неву, т. е. не с чаем, не с дегтем, а с Билибиным. На Неве мы катались на лодке, что произвело во мне впечатление. Из лодки мы отправились к Доминику, где за 60 коп. скушали по расстегаю, выпили по рюмке и по чашке кофе…

Антон Чехов — брату Михаилу Чехову, 1886


Художник Владимир Маковский запечатлел атмосферу «Доминика» в красках. Справа от входа располагался буфет со стойкой — там стояла медная водяная баня для разогрева пирогов и горячих блюд, ледник для холодных закусок и ванная для охлаждения напитков. Между столиками с разношерстной публикой носились официанты в белых сюртуках.

В 1917 году ресторан был закрыт. Былая слава вернулась к «Доминику» в 1960-е, когда там открыль  мороженицу «лягушатник», названную так из-за цвета обивки диванов. Кафе просуществовало до 1990 года.

 

Категории:Главное История