В этом году главной улице Петербурга Невскому проспекту исполняется 300 лет. Наталья Коробкина, автор проекта «Облачный гид Петербурга», подготовила специально для Antenna Daily мини экскурсию по знаковым гастрономическим местам Невского.

Ты – то, что ты ешь. Как ешь и где ешь – тоже много о тебе говорит. Попробуем посмотреть сквозь эту призму на Петербург в разные периоды его истории. Что, как и где ели Петербуржцы часто определялось историческим, культурным и политическим контекстом. Прогуляемся по Невскому проспекту. Но переходя от дома к дому, будем перемещаться не только в пространстве, но и во времени, мысленно заглядывая в трактиры, кафе, рестораны и столовые. Что же ели в Петербурге и что такое был Петербург?

Время: 1-ая четверть XVIII в. Место: Невский 2-16.

Морской рынок и трактир «Петровское кружало»

В 1705 году города еще не было. А были далеко отстоящие друг от друга слободы (сформированные по национальному или профессиональному принципу) с хаотично расположенными постройками. В начале сегодняшнего Невского, вокруг Адмиралтейства жили мастера и служащие верфи. Трактиров в первые годы существования города было мало. И посещали их более обеспеченные жителе и иностранцы. Для бедного населения предназначались кабаки, где продавали казенную водку. Закусок в меню не было. Пиво можно было зачерпнуть из чана общим черпаком. А в качестве платы или залога нередко брали кафтаны и другие предметы одежды. Именно такой кабак, названный «Петровское кружало», и появился рядом с морской слободой. Еду и все самое необходимое работники верфи могли приобрести на расположенном рядом морском рынке.


Время: 2-ая половина XVIII в. Место: Невский 18.

Трактир Гаусмана

В течении XVIII веке Петербург постепенно становиться все более регулярным и каменным, количество жителей и домов стремительно росло. Особенно это относилось к Невскому проспекту, самой оживленной и обустроенной улице города. Здесь почти в каждом доме лавка или трактир. Население города преимущественно мужское, и еда вне дома — распространенное явление. Трактиры есть на любой вкус и кошелек. Например, в доме придворного портного Неймана на углу Невского и Мойки снимал помещение немецкий купец Гаусман. В его трактире подавали вино и закуски из свежих устриц.


Время: 1-ая треть XIX в. Место: Невский 15, Невский 18

Ресторан «Talon», Кондитерская Вольфа и Беранже

Останемся на берегу Мойки, но перенесемся на 50-70 лет вперед. В начало XIX века, когда вместе с французскими эмигрантами (бежавшими от своей Великой революции) в Петербурге в изрядном количестве появляются французские повара, и становятся крайне популярны французские блюда. Тогда в русском языке впервые появилось слово ресторан, а на Невском проспекте один за другим стали открываться новые и очень модные заведения. Одним из первых, самых популярных и самых дорогих был ресторан Пьера Талона с изысканнейшей кухней. Посетителями таких заведений были петербургские денди. Наиболее известный и классический пример – А. Пушкин. О каком бы ресторане первой трети XIX века не шла речь, среди посетителей вам обязательно назовут Пушкина, как будто он только и занимался тем, что ходил по ресторанам. Что в общем-то не далеко от истины. Во-первых, ресторанов была не так много. А во-вторых, посещение их было обязательным пунктом расписания молодого холостяка. Кроме утоления голода (в съемной квартире для этого как правило не было условий, да и кухарку держал далеко не каждый) и шумных пирушек, рестораны – были местом, где вели деловые и культурные беседы. Это были места для холостятских встреч. Приличных женщин в такие заведения не пускали. А женатые мужчины посещали их значительно реже, чем во времена бурной молодости.

Рестораны и кафе были своего рода клубами по интересам. Например, кафе Вольфа и Беранже, было не только кондитерской, но литературным клубом. Здесь находилась своего рода читальня, выписывались российские и иностранные газеты и журналы. Можно было и почитать, и обсудить прочитанное.


Время: 2-ая половина XIX в. Место: Невский 24, Невский 36

Кафе-ресторан Доминик, Гостиница Европейская

Еда, не только средство утоления голода, еда может быть роскошью. Вы легко почувствуете это, оказавшись в одном из модных ресторанов второй половины XIX века-нач. XX. Например, в Ресторане гостиницы Европейской, открытой в 1870-х гг. Реформы Александра II и отмена крепостного права оказали благоприятное воздействие на ресторанный бизнес. Количество заведений росло как на дрожжах. Среди завсегдатаев ресторанов на Невском буржуа и интеллигенция (самого разного происхождения) сменили денди и светских львов. Для мыслителей, рассуждающих о несовершенстве мира, человека и политического строя рестораны продолжали быть клубами, где можно было найти единомышленников и оппонентов. Для дельцов, извлекающих максимальную выгодой из этого несовершенства – местом ведения переговоров и заключения сделок. Для тех и других – местом приятного время препровождения: бильярд, шахматы, домины, представления, музыка, лотереи всегда были к услугам гостей (но все еще, главным образом, гостей мужского пола).


Время: 30-50-е гг XX в. Место: Невский 44

Кондитерская «Север»

Вместе с Российской империей прекратили свое существование и большинство ресторанов. У некоторых из них во времена НЭПа была вторая жизнь, но назвать ее благополучной и счастливой трудно. У советской власти было свое понимание «правильного» общественного питания. Шла идеологическая борьба со всем буржуазным. Презирались изыски и излишества в кулинарии, ритуальность и этикет в обслуживании. Для пролетариата еда – способ насыщения, а не получения удовольствия. Но в годы укрепления тоталитарного режима отношение к еде постепенно меняется. Роскошь, изобилие и богатство избранных – снова символ власти. Еда (и выпивка) снова становятся источниками эстетического удовольствия, доступного далеко не всем. Идеал, к которому теперь не стыдно стремиться – еды должно быть много, и она должна быть питательная. В этот период на Невском проспекте открывается существующее до сих кондитерская-кафе Норд (в 1948 гг. во время борьбы с космополитизмом переименованная в Север). Это был редкий оазис вкусового наслаждения для советского гражданина.


Время: 50-60-е гг XX в. Место: Невский 47

«Кафе-автомат»

Оттепель и разоблачение культа личности ознаменовались и новыми веяниями в общественном питании. Через приоткрытый железный занавес стали просачиваться идеи и достижения запада в рационализации и стандартизации общественного питания, кока-кола и коктейли, а технологические достижения СССР стали доступны обычным гражданам в виде бытовых автоматов: транспортеров по продаже картофеля, автоматов с газированной водой, бутербродами и пирожками. Все это вселяло надежду и обещало приход «весны» и наступления социализма с человеческим лицом. «И когда ты, опустив жетон, после долгого грохота и звона мог взять из открывшейся железной коробки засохший бутерброд, казалось, что прогресс наступает и когда-нибудь непременно наступит» — вспоминает писатель Валерий Попов.

В 1957 году на Невском 47 открылось первое в городе кафе-автомат с элементами самообслуживания. Позже, когда автоматы вышли из строя, кафе стало просто столовой, которую ленинградцы прозвали «Гастритник». Оттепель закончилась.


Время: 70-е гг XX в. Место: Невский 49

Кафе «Сайгон»

Раньше среднестатистические советские граждане были либо обмануты коммунистической идеологией, либо напуганы системой настолько, что даже не мечтали о западных ценностях: материальных благах и свободе слова. Теперь во время застоя эти ценности замаячили над каждым советским гражданином, как виноград над танталом. Их уже можно было желать, но практически невозможно было достричь. Те, кто мог попасть в ресторан (с продовольственным изобилием и разгульным весельем) были счастливчики и ловкачи. Еще более нереальным казалось удовлетворить потребность более высокого уровня — в самореализации. Это стало трагедией для многих талантливых людей, которым уже разрешили думать, но еще не разрешили публично говорить. Речь о художниках, поэтах, музыкантах, которые не могли печататься, выставлять свои работы и исполнять свои песни. Для таких людей местом, где они могли хотя бы частично утолить душевных голод, стало кафе «Сайгон». Сюда приходили те, кому нужно было чтобы его понимали и те, кто мог понять.


Настоящее время

За последние 30-40 лет без диктата государственной идеологии общественное питание в Петербурге прошло еще несколько этапов становления и эволюции. Сейчас город и даже Невский проспект предлагает вам широчайший ассортимент вкусов, может обеспечить разнообразнейшие настроения и состояния. И то место, которые вы выбираете себе, чтобы просто перекусить, приятно провести вечер или бурно повеселиться – расскажет о вас больше, чем вы можете себе представить.

Метки: